Киевская Русь - Украина

Боже та Київська Русь-Україна - понад усе!

Информационный портал   email: kievrus.ua.com@gmail.com


22.01.2021

Подивись в мої очі, враже
Герб Украины

Народный депутат Украины, глава Комитета по вопросам нацбезопасности и обороны Верховной Рады Сергей ПАШИНСКИЙ: «Азаров и Клюев — не агенты, а собственность ФСБ. Агентами они были в Украине, а в России — рабы» ("Бульвар Гордона")

11:12 19-06-2017

Почему Украина отдала Крым России, сколько денег вывез из страны Виктор Янукович, кто распродал военный арсенал Украины и сколько предателей оказалось в вооруженных силах Крыма на момент его захвата, рассказал в авторской программе Дмитрия Гордона на канале «112 Украина» народный депутат от «Народного фронта», глава Комитета по вопросам нацбезопасности и обороны Верховной Рады Сергей Пашинский. Интернет-издание «ГОРДОН» эксклюзивно публикует текстовую версию интервью.


13.06.2017

 

«Януковичу Турчинов сказал, что бежать мы никуда не собираемся, и посоветовал ему об участи Чаушеску и Каддафи подумать»

— Сергей Владимирович, по образованию вы учитель истории — чему больше всего учит история Украину и ук­ра­ин­цев?

— Анализируя события последних 100 лет, я окончательно убедился в точности афоризма, что народ, который не кормит свою армию, будет кормить чужую. Надеюсь, что последние три с половиной года нас этому, наконец, научили.

— Инна Богословская мне сказала, что Майдан финансировали все без исключения украинские олигархи, — это так?


Фото Ростислава ГОРДОНА

 

Фото Ростислава ГОРДОНА

 

 

— (Смеется). Комментировать Инну Богословскую... Учитывая, что я к этому имел непосредственное отношение, отвечу коротко: сейчас развелось очень много аферистов, которые рассказывают, что это они организовали Майдан, но он был колоссальной, сложной структурой, которая на своем пике насчитывала до миллиона человек, что всем известно, — не я это придумал. Представьте себе, в один из дней, по-моему, 8 декабря, на кухне Майдана приготовили 120 тысяч порций еды: вдумайтесь, это больше, чем в McDonald’s.

Были дни, когда Майдан полностью финансировался из пожертвований, — был ящик, который каждый вечер в присутствии людей вскрывался, а в принципе, если этих денег не хватало, Майдан спонсировали три оппозиционные политические силы — «Батьківщина», УДАР и «Свобода». Это не тайна, об этом все знают, а вот кто уже финансировал «Свободу» или УДАР, мне не­известно — это у них надо спрашивать.

Еще два слова — извините, но об этом никто не говорит. Учитывая, что там одно­временно могло находиться 10-15 тысяч человек, представляете, сколько нужно было туалетов? А сколько было больных! Кроме всего прочего, это был фактически город, который мы создали в це­нтре столицы, и функционировал он очень слаженно, дисциплинированно — несмотря на попытки провокаций, внутренняя безопасность была. Майдан — это тема не одного интервью. «Солярис» — помните, был такой фильм?

— Да, Тарковского...

— Вот это Майдан — он так жил.

— Уже в самом конце Майдана Турчинов с Януковичем дважды встречался — о чем они говорили?

— Первая встреча была раньше, когда еще перед расстрелами на Грушевского Янукович дал команду своим силовикам готовить военное положение — пять человек должны были расстрелять, в том числе и меня.

— А кто остальные четверо?

— Турчинов и руководители оппозиции. Также планировались задержания... Кстати, те, кто должны были расстреливать, к нам потом прибежали и всех заложили...

— Так бывает...

— Ну, Виктор Федорович коррумпированную систему для этого построил. Силовики, в общем, к нам вышли и передали, что необходимо встретиться, потому что Янукович знал, кто на Майдане главный. Это еще в январе было, и Турчинов сказал Виктору Федоровичу, что нужно понимать: если он действительно будет Майдан разгонять, утопит людей в крови, потому что народ не разойдется.

Это на какой-то короткий период его остановило, а потом еще одна встреча была — я к этому имел отношение, даже проход организовывал (в этот день мы блокировали Мариинский парк, улицу Липскую, и я вместе со всеми там находился). 18 февраля где-то в 11.30 состоялась знаменитая встреча Януковича и Турчинова... Лучше, конечно, у Александра Валентиновича об этом спросить — я там не был, но суть разговора знаю. Янукович сказал, что сейчас он отдаст команду стрелять боевыми, всех на фонарях перевешает, что Турчинов и его команда за границу убежать не успеют, на что тот ему ответил (а Турчинов — очень спокойный, уравновешенный человек), что бежать мы никуда не собираемся, и посоветовал ему об участи Чаушеску и Каддафи подумать.

— Так и сказал?

— Да, конечно, и с подобными вещами порекомендовал не играть. Вечером Янукович дал команду штурмовать Майдан, но мы остались. Нас было немного...

— 500 человек примерно?..

— Нет, больше, 500 они бы смели — около пяти тысяч. Это были те люди, которые в ночь с 18 на 19 февраля выстояли, и мы свои позиции сберегли. Еще раз хочу подчеркнуть, что мы с первого дня сказали Януковичу, что умрем, но Майдан победит. Виктора Федоровича и его соратников это очень пугало, они были к этому не готовы, как-то договориться хотели, но о чем? (Пожимает плечами). Сдать нас России?

— Очень важный вопрос: на одном из российских телеканалов Азаров и Клюев — я сам это слышал — сказали, что якобы вы завезли на Майдан снайперов из Грузии и стран Балтии, которые расстреливали и Небесную сотню, и «Беркут». Что вы можете на это ответить?

— Азаров и Клюев были в нашей стране, соответственно, премьер-министром и секретарем СНБО, а там они просто беглые эфэсбэшные клоуны.

— Они — агенты ФСБ?

— Нет, не агенты, они — собственность ФСБ. Агентами они были тут, в Украине, а там, в России, — рабы, и какие команды дает своим рабам ФСБ, меня не интересует. Конечно, они внимание отвлечь хотят, но 20 февраля я был на Майдане, и кто убивал, мы знаем — все это на видео есть. Пятерых из них уже судят — можно прийти на заседание и детали послушать: кто патроны выдавал, кто в кого стрелял, кто куда пошел...

— То есть все известно?

— Разумеется, правда, наши судьи двоих задержанных уже отпустили.

В ночь с 21 на 22 февраля так называемые черные роты (есть тысячи свидетельств), 21 человек с боевым оружием во главе с командиром «Беркута», насколько нам известно, через Беларусь в Россию проследовали, и все эти люди в Российской Федерации сейчас находятся: и те, кто команды давал, тоже. Тут в последнее время прокурора Горбатюка критикуют, но им титаническая работа проделана. Кстати, уже вечером 22 февраля, когда мы узнали, что Янукович сбежал, первая следственная оперативная группа (под руководством Горбатюка) была создана, и сразу же она начала собирать доказательства. По-моему, в Святошинском суде уже идут заседания по делам Майдана — с экспертизами и видеорядом.

«Янукович будет интересен Путину до тех пор, пока тот его миллиарды не абсорбирует, а потом это «счастье» торжественно вернут нам назад»

— Почему же позволили убежать глав­­ным преступникам — от Януковича до Захарченко? Как это могло произойти, что они просто взяли и все сбежали?

— Днем 22 февраля в центре столицы было около 10 тысяч «Беркута» и внутренних войск, а Янукович уже сбежал. Вам говорю впервые: в обед 22 февраля Янукович, как и Захарченко, были уже далеко, а Пшонку тщетно пытались поймать донецкие пограничники (по этому поводу также видео есть). Так вот, когда в ночь с 21 на 22 февраля они бежали, кто-то из них — думаю, Захарченко — дал распоряжение всем командирам подразделений «Беркута» и внутренних войск выходить на меня, чтобы мы их из центра Киева вывели.

Это была очень опасная ситуация. Вспомните 20 февраля: расстрелы, у нас еще люди не похоронены, та власть бежит и своих беркутовцев в центре столицы бросает. Вы же помните, какой тогда был настрой! И где-то с полудня каждые 20-30 минут мне какой-то командир подразделения звонил, представлялся и говорил, что у них есть команда, чтобы мы их из Киева вывели. Я мобилизовал все, что только можно, я искренне благодарен каждому народному депутату (по два-три депутата на каждый «Беркут» было)... Мы понимали: если их не выведем, у нас не Небесная сотня будет, а...

— ...кровавая баня...

— Небесная тысяча, а знаете, когда я осознал, что мы победили? Я в парламенте находился, уже привык, что беркутовцы мне звонят, и в 18.00 опять звонок. Поднимаю трубку и слышу: «Донецкий «Беркут». Я спрашиваю: «Где вы?». — «В «Межигорье», и я всем сказал: «Беркут» в «Межигорье», победа!» — только тогда понял, что Януковича нет.

Еще одна страшная история была. На базе киевского «Беркута» — а с ними и семьи жили, и днепропетровский «Беркут» располагался... В общем, там до тысячи бойцов этого спецподразделения находилось, масса оружия, пулеметы...

— Пулеметы даже?

— Конечно, и гранатометы, и нашлись люди, которые хотели их штурмом взять. Толпа около тысячи человек собралась — вы понимаете, что могло быть?! Слава богу, что их главного я знал лично, — мне удалось немного его угомонить, я отправил туда депутатов, и днепропетровский «Беркут» в Жуляны мы вывели. Мне было чем заняться, и Турчинову тоже, но если бы эту ситуацию тогда не удержали, Киев захлест­нули бы уличные бои.

— Януковича вывозил из Украины бывший охранник Путина Дюмин?

— Знаете, это уже не имело значения — после поездки на Олимпиаду в Сочи к нам вернулся не президент Янукович, а сотрудник Администрации Путина, то есть он уже был никто. Вы же тот вояж в Сочи помните, ког­да в уголке он сидел: ему даже россияне демонстрировали, что он — пустое место, так что кому Путин поручил вывезти своего агента из Украины: Дюмину, Иванову или Петрову, — не имеет значения.

— А вы бы хотели, чтобы Янукович здесь остался?

— Разумеется, и он здесь окажется и за свои преступления ответит — никаких сомнений в этом у меня нет. Это только вопрос времени: для Пиночета 30 лет пона­добилось, для Хонеккера — 10, а для Чаушеску вообще несколько дней. Я абсолютно уверен, что если мы не будем курить, вредные привычки оставим, все это увидим.

— Это правда, что Янукович вывез из Украины несколько КамАЗов с наличкой?

— Думаю, что правда, и поясню почему. По оценке многих экономистов сумма украденного Януковичем и его людьми варьируется в пределах от 30 до 40 миллиардов долларов.

— Неплохо...

— Тут даже не принципиально, 30 или 40. Мы смогли арестовать и позже конфисковать полтора миллиарда и где-то еще 500 миллионов — со швейцарских счетов: всего — два. Ну хорошо, миллиард они на золотые батоны, унитазы и портреты в тогах потратили — получается, согласно подсчетам, основную часть украденного держали в кэше, и эту наличку мы не нашли. Я абсолютно верю цифре, озвученной в прес­се, что до пяти миллиардов долларов сам Янукович мог вывезти. Например, вы помните, у Ставицкого 50 килограммов золота нашли, но это лишь миллионы, а речь о миллиардах идет, так что, думаю, это так. Более того, Янукович будет интересен Путину до тех пор, пока тот все эти доллары не абсорбирует, а потом это «счастье» торжественно вернут нам назад.

«За Порошенко я не голосовал»

— В самые сложные, я считаю, для Украины дни, с 5 марта по 10 июня 2014 года, вы исполняли обязанности руководителя Администрации президента Украины — что больше всего вам тогда запомнилось?

— Это был период, каждый день которого историки еще будут исследовать. Все то время боялся я только одного (очень боялся, я помню тот страх) — что мы повторим историю Украины 17-18-го годов ХХ столетия, но принял решение и никуда уезжать не собирался. Я очень хорошо знаю историю и помню, что всего пять тысяч большевиков Муравьева (а вся его армия 20 тысяч составляла) захватили Киев, и когда о бое под Крутами мы рассказываем, должны знать: тогда в Украине было 400 тысяч во­оруженных военных, а бой под Крутами — это 300 студентов-курсантов под руководст­вом инженера. Они — герои, но что тогда в Украине случилось? Почему пять тысяч большевиков Киев смогли захватить? У меня, в общем, было понимание, что мы этого допустить не должны.

— То есть вы отдавали себе отчет, что Киев захватить могут?

— Естественно, и всю Украину! Захватили же когда-то, имея армию в 20 тысяч человек, так почему же, имея 150 тысяч, через 100 лет этого не сделать? Знаете, я Турчинову всегда буду благодарен (да и не только я), потому что своей волей, спокойствием, стальной выдержкой он тогда заставил всех нас в строю стоять, и мы выстояли. Я помню свои ощущения, когда Порошенко — а я за него не голосовал...

— ...не голосовали?..

— Ну конечно, но когда я узнал, что президент у нас в первом туре выбран, у меня — как гора с плеч! Все, мы выборы провели, главу государства избрали, и теперь все, что на мне лежало, я на него скину! (Смеется). Помню, так счастлив я был, что даже неудобно, а относительно того, могут ли захватить Киев и Украину вообще... Множество экспертов какие-то басни рассказывают, а все в документах написано. Летом 2013 года Россия провела на территории Беларуси маневры «Запад-13». Суть легенды — а у каждых маневров легенда есть — такова: в соседней стране бандеровская хунта власть захватила, и они отрабатывали сценарий, как с ней справиться.

— Это в 2013 году?

— Да, мы еще тогда не знали, что будет Майдан...

— ...и что будет хунта...

— Мы еще и слова такого не знали, а они уже готовились, так вот, как исполняющий обязанности главы Администрации пре­зидента того периода, который имел доступ ко всем документам, я абсолютно ответственно заявляю, что в конце лета 2013 года Путин проинформировал свое ближайшее окружение о разработанном плане аннексии Левобережной Украины до Приднестровья.

— Включая Одессу?

— Да, и более того, мы с вами были очевидцами, как это происходило, — этот план был продемонстрирован не только в Крыму...

— ...дальше Донецк, Луганск...

— ...Харьков — и вперед! Благодаря Авакову мы их смогли остановить в Харькове очень ярко.

— Кстати, вот почему Донецк и Луганск сдали, а Харьков — нет?

— У нас тогда очень мало сил было — условно говоря, каждому из руководителей-силовиков по 100-150 человек дали. Аваков с «Ягуаром» в Харьков поехал, Ярема с «Барсом» и не помню, еще с кем, — в Донецк, а Наливайченко с Парубием со всей «Альфой»...

— ...в Луганск направились...

— ...а всей «Альфы», чтобы вы понимали, 150 человек было..

— 150?

— Да, на тот момент. Еще раз хочу сказать: я с уважением, большим или меньшим, ко всем этим людям отношусь, каждый из них отвечал за свои поступки и распоряжался теми силами, которые мы могли предоставить, но Аваков Харьков отбил. Может, потому, что баллотировался там в 2012 году в мэры и большинство голосов набрал...

«Украинский Харьков — это заслуга Авакова, и это аксиома — не теорема»

— То есть украинский Харьков — это заслуга Авакова?

— Конечно, и это аксиома — не теорема, а в Одессе вы знаете, чем все завершилось: несколько штурмов было, а потом все 2 мая закончилось. Они там уже ва-банк пошли и вот такую реакцию общества получили, а что касается аннексии... Вот передо мной легендарный документ — я редко пользуюсь в интервью официальной документацией, однако тут лучше процитировать.

— Это протокол того самого заседания СНБО?

— Да, от 28 февраля 2014 года. Итак: «На киевском, харьковском и донецком направлениях уже сконцентрированы 38 тысяч человек, 761 единица танковой техники, 2200 бронированных машин, 720 артиллерийских систем и систем залпового огня, а также 40 ударных вертолетов, 90 вертолетов боевого обеспечения и 90 самолетов штурмовой авиации».

Я благодарен журналистам, по-моему, «5 канала»: когда в Крыму все это началось, единственной из силовых структур, которая более-менее нормально работала, у нас была разведка пограничников — специфическая структура, которая приграничную полосу отрабатывала. У нас ведь кто в государстве остался? — те, кто в разгоне Майдана не участвовали. Вот, на наше счастье, использовать пограничников Янукович не додумался (смеется), и они на работу ходили, свой долг исполняли.

Я этим людям, руководителю данной разведки благодарен, и вот представьте себе, они нам докладывают ситуацию, и выходят с сообщением журналисты, что в данный момент на черниговском направлении, прямо на линии границы, батальонная тактическая танковая группа россиян находится, а это 48 танков плюс БТРы и БМП. Расстояние до Киева — 140 километров, а в нашем распоряжении три сотни самообороны с фанерными щитами и палками — армии у нас тогда не было.

— Слушайте, ну чтобы вообще армии не было, «Альфы» — как же так, что за страна такая? Какая же боеготовность на момент аннексии Крыма была? Сколь­ко у нас было людей, готовых защищать свою родину?

— Я скажу, сколько. Цитирую министра обороны Тенюха на том заседании СНБО: «Буду говорить откровенно: на сегодня армии у нас нет. Сейчас мы можем собрать со всей страны воинскую группировку численностью около пяти тысяч человек», а теперь процитирую докладную Главного управления разведки, и, поверьте мне, эта докладная объективна, поскольку я лично слышал переговоры командиров российских Ил-76 о том, что и куда они возят и куда сбрасывают.

Так вот, начиная с 20 февраля, а 20 февраля с утра нас еще расстреливали... Я, конечно, мог снайперу на крыше рукой помахать, сказать: «Пацан, давай в Крым бегом, вместе поедем», но он тогда смотрел на меня сквозь прицел — они мне потом об этом сами рассказывали (снайперы не стреляли — стрелял «Беркут» из автоматов). Кстати, Путин публично признал, что дал команду на ввод войск в Крым в ночь с 22 на 23 февраля — это официальное заявление господина Путина, а медаль «За возвращение Крыма» 20 февраля они выпус­тили, и у нас есть все данные, что с 20 числа развертывание операции началось, то есть Янукович еще тут сидел. Еще 21 февраля утром к нему министры иностранных дел прилетали...

— ...да, Польши, Франции и Германии — Сикорский, Фабиус и Штайнмайер...

— ...и, представьте себе, у нас еще это чучело на Банковой под штандартом президента сидит, а российские войска уже входят.

Так вот: начиная с 20 февраля были введены: 3-я отдельная бригада специального назначения (Тольятти), 16-я отдельная бригада специального назначения (Тамбов) Центрального и Западного военных округов, части 76-й десантно-штурмовой дивизии (Псков), которая потом на Донбассе «прославилась», 7-я десантно-штурмовая дивизия (Новороссийск), 31-я отдельная штурмовая бригада (Ульяновск), которая, по-моему, в Симферополе была, 45-й отдельный разведывательный полк спецназа (Кубинка), который тоже на Донбассе отличился, 382-й (Темрюк) и 727-й (Каспийск) отдельные батальоны морской пехоты. Плюс к тому — 12 тысяч воинов Черноморского флота, включая морскую пехоту...

— ...которая в Севастополе уже располагалась...

— Конечно! Более того, я лично записи слышал (они у нас есть, и все это международному суду будет представлено), когда целый батальон морской пехоты в Севастополе в штатское переодевали и срочно в Симферополь для усиления спецназа перекидывали. И вот еще что: если раньше подразделения Черноморского флота Российской Федерации могли с разрешения украинской стороны перемещаться, то по Харьковским соглашениям, подписанным Януковичем, действовала заявительная система (это когда сообщил — и все), и она и на посадки, и на взлеты распространялась. Первые восемь Ил-76 сообщили, что Бельбек не принимает, требуется посадка в Гвардейском, и диспетчер «по техническим причинам» ее дал! Таким образом, первые Ил-76 выгрузились в Гвардейском, а это 10 километров до Симферополя, и в каждом таком самолете — 240 десантников в полном боевом снаряжении.

«Америка и Европа рекомендовали нашей стране на вооруженный конфликт с Россией не идти и военное положение не объявлять»

— Сколько же россиян было в Крыму на момент аннексии?

— Согласно официальным данным, 12 тысяч военных вооруженных сил Российской Федерации (уже увеличенное количество), расквартированных согласно Харьковским соглашениям. Первые БТР-80, шедшие из Севастополя на Симферополь, — это были штатные силы: никто их ниоткуда не перебрасывал, они в Севастополе и стояли. Расстояние там — 80 километров, на крейсерской скорости 70 километров в час спокойно, по автостраде через часа полтора они уже были в Симферополе. Это бригада морской пехоты, и никто им не со­бирался мешать — даже мысли такой не было.

— Дополнительно, кроме 12 тысяч, сколько еще было?

— До 10 тысяч еще было переброшено.

— То есть 22 тысячи в полной боевой?

— Порядка 22, да плюс так называемые иррегулярные войска — «кубанские казаки» и «самооборона Крыма»: нечисть такая, но очень активная и агрессивная. Вот их-то вперед и выставили, а поскольку сопротивления практически не было, все наши части они заблокировали, и на этом все...

— ...все было ясно...

— ...да. Более того, я хочу сейчас, пользуясь случаем, похвалить, нет, поблагодарить (не мне хвалить — я только поблагодарить могу) Николая Балана, нашего генерала — сейчас он заместитель командующего Национальной гвардией. Помните те крым­ские внутренние войска, которые на Майдане стояли?

— Конечно...

— У них там двое убитых было и 10 раненых. Представьте, они 20 февраля еще тут, 25 — только до Крыма добрались, а уже 27 утром получили команду (единственное подразделение, которое ее фактически выполнило). Их было человек 400-500, они вышли в симферопольский центральный квартал, который уже захватил спецназ Российской Федерации, и попытались его заблокировать. Подчеркиваю: всего за пять дней до этого они еще на Майдане стояли, но можете поднять архивы — сколько симферопольцев с георгиевскими лентами вышло?! И кстати, не стреляли эти ребята в майдановцев, не стреляли.

— Правда ли, что американцы и европейцы советовали украинскому руководству Крым не защищать?

— США и Европа рекомендовали нашей стране, исполняющему обязанности президента...

— ...не вмешиваться...

— ... на вооруженный конфликт с Россией не идти и военное положение не объявлять.

— То есть «отдайте и уходите»?

— Это очень деликатный момент... Никто ничего отдавать не собирался — к примеру, самым крупным боевым подразделением у нас в Крыму 36-я бригада береговой обороны была, которой Сергей Стороженко командовал, так вот, этот негодяй, который предал Украину, теперь командует бригадой морской пехоты...

— ...российской...

— ...конечно. Много офицеров было, которые ук­ра­ин­ские паспорта сжигали, и этот мерзавец интервью «Но­вой газете» недавно дал, где заявил, что Турчинов заставлял его оружие применить, к военным дей­ствиям подталкивал, а он не поддался, потому что не хотел по «братьям» стрелять. И таких много было, статис­тика очень четкая. На Сто­ро­женко, кстати, уголовное дело открыто, мы до него еще доберемся. Тенюх, тогдашний министр обороны, командующим Военно-морскими силами Украины...

— ...адмирала Березов­ского назначил...

— Да — утром назначил, а вечером тот уже предателем стал! Официально! Не просто на больничный удрал, а на сторону врага перешел и команды стал раздавать, а у него же...

— ...все управление в руках было...

— ...ну да.

— Сколько же украинских военных на сторону врага перешли? Цифры по Кры­му у вас имеются?

— Разумеется, и это не только статистика — сейчас я вам материалы уголовных дел предоставляю. У нас заседание Комитета по вопросам обороны и безопасности Верховной Рады было, Матиос докладывал, все это на сайте комитета есть. По памяти скажу — может, где-то и ошибусь: Управление государственной охраны (это тот спецназ, о котором мы говорили) — 98 процентов, СБУ — 90 процентов, МВД — 75 процентов, Вооруженные силы — 75 процентов, внутренние войска — 40 процентов.

«С 2012 года Янукович Службой безопасности Украины уже не руководил — руководили кураторы, россияне»

— То есть защищать Крым было, по су­ти, некому — так?

— Недавно вам Могилев интервью давал... Где-то 25 февраля 2014 года он мне позвонил и сказал: «Сергей Владимирович, я вас информирую, что у меня в приемной уже офицеры ФСБ сидят». Я: «Это плохая история, но ты же не первый год Совмином Крыма руководишь, так дай команду СБУ и МВД их арестовать и привези ко мне». Он: «Вы что, смеетесь?!», а теперь рассказывает, что надо было дать команду! Так дал бы — у него в подчинении все эти люди были! И еще одна деталь: Янукович где-то с 2012 года Службой безопасности Украины уже не руководил — руководили кураторы...

— ...россияне...

— Да, он ее за «вы только мне государство грабить не мешайте и делайте что хотите» отдал. Есть абсолютно официальные данные, что все списки агентов, все секретные уголовные дела из СБУ на улице Владимирской не в Донецк перевезли, а в Крым — у нас сотни тому доказательств. Для них Крым еще тогда был плацдармом, именно поэтому такое огромное количество там предателей. Они еще тог­да...

— ... их там концентрировали...

— Мне гуровцы рассказывали, что какой-то российский шпионский радиобуй обнаружили, так их всех по разным уголкам Украины разогнали!

— Я эту историю знаю...

— Знаете? В 2013 году произошла!

— Да, мне экс-начальник Генштаба Вооруженных сил Украины Замана рассказывал...

— Вот, это же всем понятно!

— Сергей Владимирович, скажите, пожалуйста, а когда лично вы поняли, что Крым потерян? Момент этот помните?

— Я не понимал еще, что Крым потерян, но осознал, что у нас там очень плохая ситуация, когда увидел количество людей, граждан Украины, жителей Симферополя, вышедших на защиту российского спецназа. Давайте признаем: сейчас спецназ у нас намного лучше, его значительно больше, и он боевой опыт имеет. У нас на Донбассе, с той стороны, около семи тысяч российских военных и где-то 33 тысячи этих... «ДНР-ЛНРов»...

— Ого! — 40 тысяч?

— Да, сопоставимо с тем количеством, что в Крыму было, так вот, обратитесь сейчас к президенту, чтобы он дал команду спецназу: мордой об асфальт — и всех за два дня арестовать. Это же так просто — правильно?..

Всего около 40 тысяч человек — с танками, артиллерией: ну, попросите. Просто кнопку нажмем, а они, как только услышат по телевизору, что такую команду мы дали, — знаете, что сделают? Сразу же сдадутся, и Путин скажет: «Все-все, я даже и мысли такой не имел!».

Люди добрые, вы одну очень важную вещь должны понимать: анализируя события в Крыму, следует помнить, что происходило в нашей стране вообще. Если бы у нас все было прекрасно, если были бы на тот момент СБУ, МВД, если бы мы 10 тысячами «Беркута» располагали, а его мне больше всего тогда не хватало... Знаете, что самое подлое сделали Янукович и его люди? «Беркут» у нас с точки зрения умения защищать был очень хорош, а они этот «Беркут» в инструмент борьбы с народом пре­вратили. Мы только теперь Вооруженные силы, слава богу, возродили, в том числе «Альфу», спецназ, но до сих пор подразделения, подобного «Беркуту», у нас нет, сейчас только КОРД потихоньку набираем. Никогда не думал, что буду цитировать рос­сийского журналиста-провокатора Нев­зорова, но все-таки...

— Невзоров Украину, кстати, защищает...

— Я Невзорова после аннексии Крыма про­цитирую — он сказал, что мы у нашего раненого брата, пока он без памяти лежал, сапоги сперли, но, кажется, он уже выздоравливает и скоро за сапогами придет. Так что, друзья, подождите: мы за своими сапогами придем!

— Почему в историческом заседании СНБО по Крыму участвовала Тимошенко?

— Никакой интриги тут нет. У нас, согласно законам, — и тогдашним, и теперешним — если СНБО вводит указом военное положение, оно должно быть в течение 48 часов в парламенте проголосовано. Соответственно, туда были все лидеры существующих фракций приглашены — там и Кличко был, и Тягныбок, кажется, и Тимошенко. Она на свободу вышла, была лидером нашей партии и фракции, самой крупной в парламенте. Без решения Верховной Рады это был бы просто пиар.

«23 года все министры обороны армию обдирали как липку. Все без исключения — особенно Ехануров и Гриценко»

— Я знаю, что Турчинову лично Нарышкин звонил и угрожал, — это правда?

— Конечно, я при этом присутствовал. Это, кстати, во время того заседания произошло...

— Он же председателем Госдумы тог­да был...

— Как исполняющего обязанности президента россияне Турчинова не признавали — только как председателя Верховной Рады, поэтому контакты были на уровне глав парламентов, и когда происходило это заседание СНБО (о чем им тут же доложили), позвонил Нарышкин и сказал, что если мы начнем войну, они введут свои войска (мы и так знали, что они собираются это сделать), нас арестуют и будут судить как военных преступников. На что Александр Валентинович ответил, что военные преступники однозначно они. Кстати, российские власти очень этого боятся, и вот у меня в руках интересный документ (показывает), официально изъятый из аппарата Совета Безопасности ООН нашей прокуратурой, за подписью некоего В. Ф. Януковича от 01.03.2014 года (письмо, в котором Янукович обращается к Путину с просьбой ввести в Украину войска. — Д. Г.). Только 1 марта, а уже все было понятно, то есть Путин, несмотря ни на что...

— ...подстраховаться решил...

— ...на всякий случай прикрыться, а то вдруг то, что Турчинов сказал, что он — военный преступник, сбудется. Сбу-де-тся! — тех, кто избежал бы исторической ответственности, я не знаю. Однозначно Путин за развязывание этой агрессии отвечает, это его решение, а вот это (снова документ показывает) из-за таких вот януковичей и стороженко (показывает фото) стало возможно — видите, какую на российских харчах морду наел...

— Многие военные и, в частности, Евгений Кириллович Марчук рассказывали мне о событиях 1994 года в Крыму. Президентом Крыма тогда был Мешков, в то время существовала прямая угроза отхода полуострова к России, и в решающий момент группа «Альфа» прибыла ночью на самолетах в Симферополь и взяла под контроль здания МВД и СБУ. И Марчук, и другие военные говорили, что на месте Турчинова, когда появились «зеленые человечки», отдали бы приказ или их задержать, или вообще уничтожить и всему миру показать: «Смотрите, какие-то не­опознанные террористы наши госучреждения» захватить пытались...

— Вы знаете, я очень уважаю Евгения Кирилловича Марчука и не верю, что он мог такое сказать. Быть может, он плохо себя чувствовал? Я с ним поговорю и думаю, что в интервью вам ему придется расставить все точки над «і». Еще раз хочу подчеркнуть: 20 февраля 2014 года, когда началась аннексия Крыма, я, Пашинский Сергей Владимирович, будущий исполняющий обязанности главы Администрации президента, и руководитель Штаба сопротивления Александр Валентинович Турчинов — были на Майдане. Я хочу спросить Евгения Кирилловича Марчука, если он это говорил...

— ...где было взять людей?..

— Когда я на сцене Майдана стоял, под Октябрьский дворец ходил и думал: «Только бы в голову попали, чтобы не мучиться», — а, по мнению Евгения Кирилловича, я, оказывается, должен был давать команду спецназу «зеленых человечков» захватывать?! Не может этого быть! Марчук — глубокий аналитик и государственный человек, и я соглашусь, что если бы мы подняли... Не буду говорить, сколько, — сейчас у нас больше двух десятков механизированных бригад и более шести десантных, но если бы 20 февраля, имея службу внешней и пограничной разведки и Главное разведывательное управление, узнав, что гражданин Путин начал разворачивать войска, мы перекинули бы туда 95-ю бригаду (численностью пять тысяч человек) и 25-ю, вооруженную до зубов с огромным боевым опытом.

Не забывайте еще вот о чем: все эти российские подразделения прошли Чечню и были там не три дня. Конечно, при таких условиях россияне бы в Крыму высаживались, а мы бы их там косили, а кто бы не сдался, в плен взяли бы! Я еще раз показываю (поднимает листок с фото Стороженко) — вот главный воин! Так это ему я должен был дать команду?! Но ему ее и так, по его словам, дали. Может, он Евгения Кирилловича послушал бы? Нужно, кстати, спросить...

— Давайте тогда признаем: «У нас, у Ук­раины как государства, сил, чтобы удержать Крым, не было?».

— У Украины как у государства — кстати, это не только Янукович, Саламатин или...

— ...Лебедев...

— ...да, в этом виноваты. От Советского Союза колоссально мощные Вооруженные силы мы получили — сотни боевых вертолетов, ПВО и все остальное, но 23 года все министры обороны армию обдирали как липку.

— Все?

— Без исключения! Мало того, больше всего разворовано (мне стыдно об этом говорить) и наибольшее количество имущества по цене металлолома было продано при Еханурове и Гриценко, пришедших на волне «оранжевой революции». При Гриценко, чтобы было понятно, ЗРК С-300, который стоит минимум 50 миллионов долларов... Знаете, за сколько Минобороны его тогда продало? За 2,5 миллиона долларов! Тенюха можно критиковать или нет, министром обороны месяц он был. Я просто хочу сказать, что, к сожалению, заявление министра обороны Тенюха от 28 февраля 2014 года о том, что сегодня армии у нас нет, объективно. Сейчас о спецназе начинают рассказывать — какой спецназ?! Какой-то еще горе-вояка говорит, что надо было Ил-76-е поднять — да у нас тогда всего два исправных Ил-76 было!

— Оба и поднять!..

— В житомирской бригаде на тот мо­мент до тысячи человек было, мы бы могли их в эти самолеты и напаковать...

Закрывая тему Крыма, важную вещь вам скажу. Во время тех событий ко мне ребята с Майдана пришли: «Отправьте нас в Крым» — эту историю я забыл, но они мне недавно напомнили. Ребята в строительных касках пришли, с отобранными у «Беркута» щитами, а я им в достаточно грубой форме ответил, что сначала их экипирую, обучу, а потом уже в бой пошлю, а сейчас пускай под ногами не путаются.

Я этот разговор забыл, а потом ко мне один из них подошел, он три года провоевал, теперь офицер, у него три боевые награды, и сказал, что хочет меня поблагодарить за то, что я тогда, слава богу, был умнее и на их провокации не поддался, в Крым не пус­тил. Это тот же Иловайск был бы, только еще более кровавый, и этот разговор крымскую страницу для меня перевернул. Ну и еще: а почему все время о Крыме говорят? Где те эксперты, которые подскажут, что нам с Донбассом делать?!

«Нетрезвое существо очень серьезно угрожало моей супруге сексуальным насилием, а потом начало угрожать и мне. Я получил бутылкой по голове — в результате вынужден был остановить его так, как сумел»

— Давайте я о Славянске вам расскажу, он к Киеву и Харькову намного ближе, чем Крым. Если кто не знает, Славянск — это самая западная точка Донецкой области. Россияне же не просто так его взяли...

— ...стратегическая точка...

— ...до Изюма там 25 километров, а это уже Харьковская область, и все — Центральная Украина пошла. В Славянске я был и все о нем знаю.

— Я слышал, вы и в бой там ходили?

— Куда я ходил, история покажет...

— Так да или нет?

— Россияне заявляют, что я — военный преступник, как и Яценюк...

— ...ну тот вообще в Чечне воевал...

— Вопрос не в этом: не моя функция — в бой ходить, мое дело — этот процесс организовывать, но если надо, и в бой пойду. Вспомните тот батальон (не буду называть, какой именно), который в поддержку спецназу мы дали, — что с ним случилось? Они же все оружие отдали! Был Гиркин без МОН и БМД (противопехотная осколочная мина направленного действия и боевая машина десанта. — Д. Г.), а стал с МОНами и БМД, заходил без тяжелого вооружения, а оказался с тяжелым!

— От этого тотального предательства тяжко вам не было?

— Сейчас мне труднее. Тогда вопрос очень просто стоял: победа или смерть, и об этом не думали — дух был иным, а сейчас накопилась усталость. Давайте будем откровенны: СМИ у нас как имели собственников при Януковиче, которых обслуживали, так и имеют — ничего же не изменилось. Мы сидим в студии телеканала, который, по очень объективным слухам, опосредованно, через Зубрицкого, принадлежит Захарченко, и ничего — у нас же демократия, свобода слова, и чего тут только не услышишь! Тогда был подъем, понимание...

— ...а сейчас усталость?

— Конечно, и не только у меня — наверное, и у вас, да и у всех, кто нас читает. Три года войны, но я хочу сказать о другом. Вы знаете, усталость, наверное, и в 1917-м, и в 1918 году была, но потом мы большевикам сдались, а уже ровно через 14 лет у нас Голодомор случился — именно потому, что сдались. Две мои тетки в 1932 году умерли, а я сейчас, хоть и усталый, хотя и грязи куча, но четко понимаю, что ни мои дети, ни внуки заложниками уже не будут, мы выстоим!

— Согласны ли вы с тем, что если бы Путину дали в Крыму отпор, он на Донбасс не пошел бы?

— Если бы могли дать отпор Путину в Крыму, он бы и в Крым не пошел.

— Крым в Украину вернется?

— Думаю, да.

— А Донбасс?

— Да.

— Что вы о Путине думаете?

— Путин — классический российский император, а в истории у них множество кровавых событий. Думаю, его рейтинг показывает отношение российского народа в том числе и к нам, и мы должны это понимать и не забывать. Путин — это то, что российский народ себе выбрал и будет выбирать столько, сколько тот захочет.

— Воплощение российского народа?

— Российской империи, а россияне счастливы только тогда, когда у них есть империя.

— Это правда: голые, босые, зато империя. В прессе вас часто демонизируют — почему?

— Ну вы же Клюева цитировали...

— ...и Азарова...

— Да, а еще Януковича вспоминали и всякую нечисть поменьше, как Портнов и все остальные. Конечно, у них средства массовой информации, деньги, они эти темы раскручивают. Я был идеологом, к примеру, спецконфискации. В это никто не верил, вы видели, какое противостояние было в парламенте, но мы полтора миллиарда долларов конфисковали! Это же полтора года войны против меня было, полтора года грязь лилась, что только ни рассказывали! Что Пашинский эти деньги уже поделил, а все они в государственном бюджете — справка есть! Вопросы к Гройсману! (Смеется).

— В прессе много писали об инциденте в новогоднюю ночь с 2016-го на 2017 год между вами и гражданином Химикусом — что же на самом деле случилось?

— Не хочу его обижать, но нетрезвое существо очень серьезно угрожало моей суп­руге сексуальным насилием, а потом начало угрожать и мне. Невзирая на мои попытки его унять, я получил бутылкой по голове — в результате вынужден был остановить его так, как сумел. Сейчас уголовное дело ведется, все следственные действия я уже прошел. Он их избегает, но я уверен, что дело в суде окажется и будет настолько детализировано, что никаких вопросов не возникнет.

— Писали также, что вы будто бы хотите Житомирскую кондитерскую фабрику рейдерски захватить, — так хотите или нет?

— В студии канала «112 Украина» ее владелец, (Лещинский, по-моему) сидел — поднимите архив, как он рассказывал, что в 2010 году Портнов с Игорем Бойко у него эту фабрику захватили, и благодарил ме­ня как главу обладминистрации, что в 2014-м я антирейдерскую комиссию создал. Там 20 предприятий было, это на сайте президента до сих пор есть, и распоряжения за моей подписью, и эта комиссия помогла господину Лещинскому вернуть предприятие.

— Кто оказался лучшим премьером — Яценюк или Гройсман?

— Знаете, Яценюк был очень хорошим премьером. Я был членом комитета по воп­росам ТЭК до 2014 года, и если бы в 2013-м мне рассказали, что в 2015-м мы не будем российский газ покупать, — а я немного в этом разбираюсь — я бы не поверил.

— То есть Яценюк — лучший?

— Нет, минуточку...

— ...Гройсман тоже неплохой?

— Критические замечания и к одному, и к другому имеются, но мы должны понимать, в каких условиях они работают. Яценюк принял казну, простите, с тысячей дол­ларов на счету. Я не шучу, с 14 тысячами гривен! У Гройсмана ситуация лучше, — будем надеяться, что он справится.

— В свое время вы и Турчинов были приближенными к Юлии Тимошенко, потом отношения с ней разорвали. Под­держиваете ли вы их сейчас?

— Нет.

— По-человечески это для вас досадно?

— Знаете, у меня с нею огромный этап моей жизни связан — и не только моей, но и жизни целой страны, но в 2014 году, когда она из тюрьмы вышла, у нас были разные подходы к тому, что является приоритетным на сегодняшний момент.

— Внеочередные президентские и парламентские выборы осенью в Ук­ра­ине возможны?

— Это сценарий ФСБ, который через разнообразных провокаторов раскачивают. Мы сделаем, мы уже сделали все, чтобы этого не было.

— Последний вопрос: Украина выстоит?

— Украина уже выстояла, но теперь, что­бы процветать, нам очень серьезный путь предстоит. Мы безвизовый режим получили, экономику стабилизировали, у нас золотовалютные запасы растут. Нужно научиться теперь объективные процессы ана­лизировать, а не слушать в эфирах телеканалов врунов, демагогов и популис­тов.

Записала Виктория ДОБРОВОЛЬСКАЯ

«Януковичу Турчинов сказал, что бежать мы никуда не собираемся, и посоветовал ему об участи Чаушеску и Каддафи подумать»

— Сергей Владимирович, по образованию вы учитель истории — чему больше всего учит история Украину и ук­ра­ин­цев?

— Анализируя события последних 100 лет, я окончательно убедился в точности афоризма, что народ, который не кормит свою армию, будет кормить чужую. Надеюсь, что последние три с половиной года нас этому, наконец, научили.

— Инна Богословская мне сказала, что Майдан финансировали все без исключения украинские олигархи, — это так?


Фото Ростислава ГОРДОНА

 

Фото Ростислава ГОРДОНА

 

— (Смеется). Комментировать Инну Богословскую... Учитывая, что я к этому имел непосредственное отношение, отвечу коротко: сейчас развелось очень много аферистов, которые рассказывают, что это они организовали Майдан, но он был колоссальной, сложной структурой, которая на своем пике насчитывала до миллиона человек, что всем известно, — не я это придумал. Представьте себе, в один из дней, по-моему, 8 декабря, на кухне Майдана приготовили 120 тысяч порций еды: вдумайтесь, это больше, чем в McDonald’s.

Были дни, когда Майдан полностью финансировался из пожертвований, — был ящик, который каждый вечер в присутствии людей вскрывался, а в принципе, если этих денег не хватало, Майдан спонсировали три оппозиционные политические силы — «Батьківщина», УДАР и «Свобода». Это не тайна, об этом все знают, а вот кто уже финансировал «Свободу» или УДАР, мне не­известно — это у них надо спрашивать.

Еще два слова — извините, но об этом никто не говорит. Учитывая, что там одно­временно могло находиться 10-15 тысяч человек, представляете, сколько нужно было туалетов? А сколько было больных! Кроме всего прочего, это был фактически город, который мы создали в це­нтре столицы, и функционировал он очень слаженно, дисциплинированно — несмотря на попытки провокаций, внутренняя безопасность была. Майдан — это тема не одного интервью. «Солярис» — помните, был такой фильм?

— Да, Тарковского...

— Вот это Майдан — он так жил.

— Уже в самом конце Майдана Турчинов с Януковичем дважды встречался — о чем они говорили?

— Первая встреча была раньше, когда еще перед расстрелами на Грушевского Янукович дал команду своим силовикам готовить военное положение — пять человек должны были расстрелять, в том числе и меня.

— А кто остальные четверо?

— Турчинов и руководители оппозиции. Также планировались задержания... Кстати, те, кто должны были расстреливать, к нам потом прибежали и всех заложили...

— Так бывает...

— Ну, Виктор Федорович коррумпированную систему для этого построил. Силовики, в общем, к нам вышли и передали, что необходимо встретиться, потому что Янукович знал, кто на Майдане главный. Это еще в январе было, и Турчинов сказал Виктору Федоровичу, что нужно понимать: если он действительно будет Майдан разгонять, утопит людей в крови, потому что народ не разойдется.

Это на какой-то короткий период его остановило, а потом еще одна встреча была — я к этому имел отношение, даже проход организовывал (в этот день мы блокировали Мариинский парк, улицу Липскую, и я вместе со всеми там находился). 18 февраля где-то в 11.30 состоялась знаменитая встреча Януковича и Турчинова... Лучше, конечно, у Александра Валентиновича об этом спросить — я там не был, но суть разговора знаю. Янукович сказал, что сейчас он отдаст команду стрелять боевыми, всех на фонарях перевешает, что Турчинов и его команда за границу убежать не успеют, на что тот ему ответил (а Турчинов — очень спокойный, уравновешенный человек), что бежать мы никуда не собираемся, и посоветовал ему об участи Чаушеску и Каддафи подумать.

— Так и сказал?

— Да, конечно, и с подобными вещами порекомендовал не играть. Вечером Янукович дал команду штурмовать Майдан, но мы остались. Нас было немного...

— 500 человек примерно?..

— Нет, больше, 500 они бы смели — около пяти тысяч. Это были те люди, которые в ночь с 18 на 19 февраля выстояли, и мы свои позиции сберегли. Еще раз хочу подчеркнуть, что мы с первого дня сказали Януковичу, что умрем, но Майдан победит. Виктора Федоровича и его соратников это очень пугало, они были к этому не готовы, как-то договориться хотели, но о чем? (Пожимает плечами). Сдать нас России?

— Очень важный вопрос: на одном из российских телеканалов Азаров и Клюев — я сам это слышал — сказали, что якобы вы завезли на Майдан снайперов из Грузии и стран Балтии, которые расстреливали и Небесную сотню, и «Беркут». Что вы можете на это ответить?

— Азаров и Клюев были в нашей стране, соответственно, премьер-министром и секретарем СНБО, а там они просто беглые эфэсбэшные клоуны.

— Они — агенты ФСБ?

— Нет, не агенты, они — собственность ФСБ. Агентами они были тут, в Украине, а там, в России, — рабы, и какие команды дает своим рабам ФСБ, меня не интересует. Конечно, они внимание отвлечь хотят, но 20 февраля я был на Майдане, и кто убивал, мы знаем — все это на видео есть. Пятерых из них уже судят — можно прийти на заседание и детали послушать: кто патроны выдавал, кто в кого стрелял, кто куда пошел...

— То есть все известно?

— Разумеется, правда, наши судьи двоих задержанных уже отпустили.

В ночь с 21 на 22 февраля так называемые черные роты (есть тысячи свидетельств), 21 человек с боевым оружием во главе с командиром «Беркута», насколько нам известно, через Беларусь в Россию проследовали, и все эти люди в Российской Федерации сейчас находятся: и те, кто команды давал, тоже. Тут в последнее время прокурора Горбатюка критикуют, но им титаническая работа проделана. Кстати, уже вечером 22 февраля, когда мы узнали, что Янукович сбежал, первая следственная оперативная группа (под руководством Горбатюка) была создана, и сразу же она начала собирать доказательства. По-моему, в Святошинском суде уже идут заседания по делам Майдана — с экспертизами и видеорядом.

«Янукович будет интересен Путину до тех пор, пока тот его миллиарды не абсорбирует, а потом это «счастье» торжественно вернут нам назад»

— Почему же позволили убежать глав­­ным преступникам — от Януковича до Захарченко? Как это могло произойти, что они просто взяли и все сбежали?

— Днем 22 февраля в центре столицы было около 10 тысяч «Беркута» и внутренних войск, а Янукович уже сбежал. Вам говорю впервые: в обед 22 февраля Янукович, как и Захарченко, были уже далеко, а Пшонку тщетно пытались поймать донецкие пограничники (по этому поводу также видео есть). Так вот, когда в ночь с 21 на 22 февраля они бежали, кто-то из них — думаю, Захарченко — дал распоряжение всем командирам подразделений «Беркута» и внутренних войск выходить на меня, чтобы мы их из центра Киева вывели.

Это была очень опасная ситуация. Вспомните 20 февраля: расстрелы, у нас еще люди не похоронены, та власть бежит и своих беркутовцев в центре столицы бросает. Вы же помните, какой тогда был настрой! И где-то с полудня каждые 20-30 минут мне какой-то командир подразделения звонил, представлялся и говорил, что у них есть команда, чтобы мы их из Киева вывели. Я мобилизовал все, что только можно, я искренне благодарен каждому народному депутату (по два-три депутата на каждый «Беркут» было)... Мы понимали: если их не выведем, у нас не Небесная сотня будет, а...

— ...кровавая баня...

— Небесная тысяча, а знаете, когда я осознал, что мы победили? Я в парламенте находился, уже привык, что беркутовцы мне звонят, и в 18.00 опять звонок. Поднимаю трубку и слышу: «Донецкий «Беркут». Я спрашиваю: «Где вы?». — «В «Межигорье», и я всем сказал: «Беркут» в «Межигорье», победа!» — только тогда понял, что Януковича нет.

Еще одна страшная история была. На базе киевского «Беркута» — а с ними и семьи жили, и днепропетровский «Беркут» располагался... В общем, там до тысячи бойцов этого спецподразделения находилось, масса оружия, пулеметы...

— Пулеметы даже?

— Конечно, и гранатометы, и нашлись люди, которые хотели их штурмом взять. Толпа около тысячи человек собралась — вы понимаете, что могло быть?! Слава богу, что их главного я знал лично, — мне удалось немного его угомонить, я отправил туда депутатов, и днепропетровский «Беркут» в Жуляны мы вывели. Мне было чем заняться, и Турчинову тоже, но если бы эту ситуацию тогда не удержали, Киев захлест­нули бы уличные бои.

— Януковича вывозил из Украины бывший охранник Путина Дюмин?

— Знаете, это уже не имело значения — после поездки на Олимпиаду в Сочи к нам вернулся не президент Янукович, а сотрудник Администрации Путина, то есть он уже был никто. Вы же тот вояж в Сочи помните, ког­да в уголке он сидел: ему даже россияне демонстрировали, что он — пустое место, так что кому Путин поручил вывезти своего агента из Украины: Дюмину, Иванову или Петрову, — не имеет значения.

— А вы бы хотели, чтобы Янукович здесь остался?

— Разумеется, и он здесь окажется и за свои преступления ответит — никаких сомнений в этом у меня нет. Это только вопрос времени: для Пиночета 30 лет пона­добилось, для Хонеккера — 10, а для Чаушеску вообще несколько дней. Я абсолютно уверен, что если мы не будем курить, вредные привычки оставим, все это увидим.

— Это правда, что Янукович вывез из Украины несколько КамАЗов с наличкой?

— Думаю, что правда, и поясню почему. По оценке многих экономистов сумма украденного Януковичем и его людьми варьируется в пределах от 30 до 40 миллиардов долларов.

— Неплохо...

— Тут даже не принципиально, 30 или 40. Мы смогли арестовать и позже конфисковать полтора миллиарда и где-то еще 500 миллионов — со швейцарских счетов: всего — два. Ну хорошо, миллиард они на золотые батоны, унитазы и портреты в тогах потратили — получается, согласно подсчетам, основную часть украденного держали в кэше, и эту наличку мы не нашли. Я абсолютно верю цифре, озвученной в прес­се, что до пяти миллиардов долларов сам Янукович мог вывезти. Например, вы помните, у Ставицкого 50 килограммов золота нашли, но это лишь миллионы, а речь о миллиардах идет, так что, думаю, это так. Более того, Янукович будет интересен Путину до тех пор, пока тот все эти доллары не абсорбирует, а потом это «счастье» торжественно вернут нам назад.

«За Порошенко я не голосовал»

— В самые сложные, я считаю, для Украины дни, с 5 марта по 10 июня 2014 года, вы исполняли обязанности руководителя Администрации президента Украины — что больше всего вам тогда запомнилось?

— Это был период, каждый день которого историки еще будут исследовать. Все то время боялся я только одного (очень боялся, я помню тот страх) — что мы повторим историю Украины 17-18-го годов ХХ столетия, но принял решение и никуда уезжать не собирался. Я очень хорошо знаю историю и помню, что всего пять тысяч большевиков Муравьева (а вся его армия 20 тысяч составляла) захватили Киев, и когда о бое под Крутами мы рассказываем, должны знать: тогда в Украине было 400 тысяч во­оруженных военных, а бой под Крутами — это 300 студентов-курсантов под руководст­вом инженера. Они — герои, но что тогда в Украине случилось? Почему пять тысяч большевиков Киев смогли захватить? У меня, в общем, было понимание, что мы этого допустить не должны.

— То есть вы отдавали себе отчет, что Киев захватить могут?

— Естественно, и всю Украину! Захватили же когда-то, имея армию в 20 тысяч человек, так почему же, имея 150 тысяч, через 100 лет этого не сделать? Знаете, я Турчинову всегда буду благодарен (да и не только я), потому что своей волей, спокойствием, стальной выдержкой он тогда заставил всех нас в строю стоять, и мы выстояли. Я помню свои ощущения, когда Порошенко — а я за него не голосовал...

— ...не голосовали?..

— Ну конечно, но когда я узнал, что президент у нас в первом туре выбран, у меня — как гора с плеч! Все, мы выборы провели, главу государства избрали, и теперь все, что на мне лежало, я на него скину! (Смеется). Помню, так счастлив я был, что даже неудобно, а относительно того, могут ли захватить Киев и Украину вообще... Множество экспертов какие-то басни рассказывают, а все в документах написано. Летом 2013 года Россия провела на территории Беларуси маневры «Запад-13». Суть легенды — а у каждых маневров легенда есть — такова: в соседней стране бандеровская хунта власть захватила, и они отрабатывали сценарий, как с ней справиться.

— Это в 2013 году?

— Да, мы еще тогда не знали, что будет Майдан...

— ...и что будет хунта...

— Мы еще и слова такого не знали, а они уже готовились, так вот, как исполняющий обязанности главы Администрации пре­зидента того периода, который имел доступ ко всем документам, я абсолютно ответственно заявляю, что в конце лета 2013 года Путин проинформировал свое ближайшее окружение о разработанном плане аннексии Левобережной Украины до Приднестровья.

— Включая Одессу?

— Да, и более того, мы с вами были очевидцами, как это происходило, — этот план был продемонстрирован не только в Крыму...

— ...дальше Донецк, Луганск...

— ...Харьков — и вперед! Благодаря Авакову мы их смогли остановить в Харькове очень ярко.

— Кстати, вот почему Донецк и Луганск сдали, а Харьков — нет?

— У нас тогда очень мало сил было — условно говоря, каждому из руководителей-силовиков по 100-150 человек дали. Аваков с «Ягуаром» в Харьков поехал, Ярема с «Барсом» и не помню, еще с кем, — в Донецк, а Наливайченко с Парубием со всей «Альфой»...

— ...в Луганск направились...

— ...а всей «Альфы», чтобы вы понимали, 150 человек было..

— 150?

— Да, на тот момент. Еще раз хочу сказать: я с уважением, большим или меньшим, ко всем этим людям отношусь, каждый из них отвечал за свои поступки и распоряжался теми силами, которые мы могли предоставить, но Аваков Харьков отбил. Может, потому, что баллотировался там в 2012 году в мэры и большинство голосов набрал...

«Украинский Харьков — это заслуга Авакова, и это аксиома — не теорема»

— То есть украинский Харьков — это заслуга Авакова?

— Конечно, и это аксиома — не теорема, а в Одессе вы знаете, чем все завершилось: несколько штурмов было, а потом все 2 мая закончилось. Они там уже ва-банк пошли и вот такую реакцию общества получили, а что касается аннексии... Вот передо мной легендарный документ — я редко пользуюсь в интервью официальной документацией, однако тут лучше процитировать.

— Это протокол того самого заседания СНБО?

— Да, от 28 февраля 2014 года. Итак: «На киевском, харьковском и донецком направлениях уже сконцентрированы 38 тысяч человек, 761 единица танковой техники, 2200 бронированных машин, 720 артиллерийских систем и систем залпового огня, а также 40 ударных вертолетов, 90 вертолетов боевого обеспечения и 90 самолетов штурмовой авиации».

Я благодарен журналистам, по-моему, «5 канала»: когда в Крыму все это началось, единственной из силовых структур, которая более-менее нормально работала, у нас была разведка пограничников — специфическая структура, которая приграничную полосу отрабатывала. У нас ведь кто в государстве остался? — те, кто в разгоне Майдана не участвовали. Вот, на наше счастье, использовать пограничников Янукович не додумался (смеется), и они на работу ходили, свой долг исполняли.

Я этим людям, руководителю данной разведки благодарен, и вот представьте себе, они нам докладывают ситуацию, и выходят с сообщением журналисты, что в данный момент на черниговском направлении, прямо на линии границы, батальонная тактическая танковая группа россиян находится, а это 48 танков плюс БТРы и БМП. Расстояние до Киева — 140 километров, а в нашем распоряжении три сотни самообороны с фанерными щитами и палками — армии у нас тогда не было.

— Слушайте, ну чтобы вообще армии не было, «Альфы» — как же так, что за страна такая? Какая же боеготовность на момент аннексии Крыма была? Сколь­ко у нас было людей, готовых защищать свою родину?

— Я скажу, сколько. Цитирую министра обороны Тенюха на том заседании СНБО: «Буду говорить откровенно: на сегодня армии у нас нет. Сейчас мы можем собрать со всей страны воинскую группировку численностью около пяти тысяч человек», а теперь процитирую докладную Главного управления разведки, и, поверьте мне, эта докладная объективна, поскольку я лично слышал переговоры командиров российских Ил-76 о том, что и куда они возят и куда сбрасывают.

Так вот, начиная с 20 февраля, а 20 февраля с утра нас еще расстреливали... Я, конечно, мог снайперу на крыше рукой помахать, сказать: «Пацан, давай в Крым бегом, вместе поедем», но он тогда смотрел на меня сквозь прицел — они мне потом об этом сами рассказывали (снайперы не стреляли — стрелял «Беркут» из автоматов). Кстати, Путин публично признал, что дал команду на ввод войск в Крым в ночь с 22 на 23 февраля — это официальное заявление господина Путина, а медаль «За возвращение Крыма» 20 февраля они выпус­тили, и у нас есть все данные, что с 20 числа развертывание операции началось, то есть Янукович еще тут сидел. Еще 21 февраля утром к нему министры иностранных дел прилетали...

— ...да, Польши, Франции и Германии — Сикорский, Фабиус и Штайнмайер...

— ...и, представьте себе, у нас еще это чучело на Банковой под штандартом президента сидит, а российские войска уже входят.

Так вот: начиная с 20 февраля были введены: 3-я отдельная бригада специального назначения (Тольятти), 16-я отдельная бригада специального назначения (Тамбов) Центрального и Западного военных округов, части 76-й десантно-штурмовой дивизии (Псков), которая потом на Донбассе «прославилась», 7-я десантно-штурмовая дивизия (Новороссийск), 31-я отдельная штурмовая бригада (Ульяновск), которая, по-моему, в Симферополе была, 45-й отдельный разведывательный полк спецназа (Кубинка), который тоже на Донбассе отличился, 382-й (Темрюк) и 727-й (Каспийск) отдельные батальоны морской пехоты. Плюс к тому — 12 тысяч воинов Черноморского флота, включая морскую пехоту...

— ...которая в Севастополе уже располагалась...

— Конечно! Более того, я лично записи слышал (они у нас есть, и все это международному суду будет представлено), когда целый батальон морской пехоты в Севастополе в штатское переодевали и срочно в Симферополь для усиления спецназа перекидывали. И вот еще что: если раньше подразделения Черноморского флота Российской Федерации могли с разрешения украинской стороны перемещаться, то по Харьковским соглашениям, подписанным Януковичем, действовала заявительная система (это когда сообщил — и все), и она и на посадки, и на взлеты распространялась. Первые восемь Ил-76 сообщили, что Бельбек не принимает, требуется посадка в Гвардейском, и диспетчер «по техническим причинам» ее дал! Таким образом, первые Ил-76 выгрузились в Гвардейском, а это 10 километров до Симферополя, и в каждом таком самолете — 240 десантников в полном боевом снаряжении.

«Америка и Европа рекомендовали нашей стране на вооруженный конфликт с Россией не идти и военное положение не объявлять»

— Сколько же россиян было в Крыму на момент аннексии?

— Согласно официальным данным, 12 тысяч военных вооруженных сил Российской Федерации (уже увеличенное количество), расквартированных согласно Харьковским соглашениям. Первые БТР-80, шедшие из Севастополя на Симферополь, — это были штатные силы: никто их ниоткуда не перебрасывал, они в Севастополе и стояли. Расстояние там — 80 километров, на крейсерской скорости 70 километров в час спокойно, по автостраде через часа полтора они уже были в Симферополе. Это бригада морской пехоты, и никто им не со­бирался мешать — даже мысли такой не было.

— Дополнительно, кроме 12 тысяч, сколько еще было?

— До 10 тысяч еще было переброшено.

— То есть 22 тысячи в полной боевой?

— Порядка 22, да плюс так называемые иррегулярные войска — «кубанские казаки» и «самооборона Крыма»: нечисть такая, но очень активная и агрессивная. Вот их-то вперед и выставили, а поскольку сопротивления практически не было, все наши части они заблокировали, и на этом все...

— ...все было ясно...

— ...да. Более того, я хочу сейчас, пользуясь случаем, похвалить, нет, поблагодарить (не мне хвалить — я только поблагодарить могу) Николая Балана, нашего генерала — сейчас он заместитель командующего Национальной гвардией. Помните те крым­ские внутренние войска, которые на Майдане стояли?

— Конечно...

— У них там двое убитых было и 10 раненых. Представьте, они 20 февраля еще тут, 25 — только до Крыма добрались, а уже 27 утром получили команду (единственное подразделение, которое ее фактически выполнило). Их было человек 400-500, они вышли в симферопольский центральный квартал, который уже захватил спецназ Российской Федерации, и попытались его заблокировать. Подчеркиваю: всего за пять дней до этого они еще на Майдане стояли, но можете поднять архивы — сколько симферопольцев с георгиевскими лентами вышло?! И кстати, не стреляли эти ребята в майдановцев, не стреляли.

— Правда ли, что американцы и европейцы советовали украинскому руководству Крым не защищать?

— США и Европа рекомендовали нашей стране, исполняющему обязанности президента...

— ...не вмешиваться...

— ... на вооруженный конфликт с Россией не идти и военное положение не объявлять.

— То есть «отдайте и уходите»?

— Это очень деликатный момент... Никто ничего отдавать не собирался — к примеру, самым крупным боевым подразделением у нас в Крыму 36-я бригада береговой обороны была, которой Сергей Стороженко командовал, так вот, этот негодяй, который предал Украину, теперь командует бригадой морской пехоты...

— ...российской...

— ...конечно. Много офицеров было, которые ук­ра­ин­ские паспорта сжигали, и этот мерзавец интервью «Но­вой газете» недавно дал, где заявил, что Турчинов заставлял его оружие применить, к военным дей­ствиям подталкивал, а он не поддался, потому что не хотел по «братьям» стрелять. И таких много было, статис­тика очень четкая. На Сто­ро­женко, кстати, уголовное дело открыто, мы до него еще доберемся. Тенюх, тогдашний министр обороны, командующим Военно-морскими силами Украины...

— ...адмирала Березов­ского назначил...

— Да — утром назначил, а вечером тот уже предателем стал! Официально! Не просто на больничный удрал, а на сторону врага перешел и команды стал раздавать, а у него же...

— ...все управление в руках было...

— ...ну да.

— Сколько же украинских военных на сторону врага перешли? Цифры по Кры­му у вас имеются?

— Разумеется, и это не только статистика — сейчас я вам материалы уголовных дел предоставляю. У нас заседание Комитета по вопросам обороны и безопасности Верховной Рады было, Матиос докладывал, все это на сайте комитета есть. По памяти скажу — может, где-то и ошибусь: Управление государственной охраны (это тот спецназ, о котором мы говорили) — 98 процентов, СБУ — 90 процентов, МВД — 75 процентов, Вооруженные силы — 75 процентов, внутренние войска — 40 процентов.

«С 2012 года Янукович Службой безопасности Украины уже не руководил — руководили кураторы, россияне»

— То есть защищать Крым было, по су­ти, некому — так?

— Недавно вам Могилев интервью давал... Где-то 25 февраля 2014 года он мне позвонил и сказал: «Сергей Владимирович, я вас информирую, что у меня в приемной уже офицеры ФСБ сидят». Я: «Это плохая история, но ты же не первый год Совмином Крыма руководишь, так дай команду СБУ и МВД их арестовать и привези ко мне». Он: «Вы что, смеетесь?!», а теперь рассказывает, что надо было дать команду! Так дал бы — у него в подчинении все эти люди были! И еще одна деталь: Янукович где-то с 2012 года Службой безопасности Украины уже не руководил — руководили кураторы...

— ...россияне...

— Да, он ее за «вы только мне государство грабить не мешайте и делайте что хотите» отдал. Есть абсолютно официальные данные, что все списки агентов, все секретные уголовные дела из СБУ на улице Владимирской не в Донецк перевезли, а в Крым — у нас сотни тому доказательств. Для них Крым еще тогда был плацдармом, именно поэтому такое огромное количество там предателей. Они еще тог­да...

— ... их там концентрировали...

— Мне гуровцы рассказывали, что какой-то российский шпионский радиобуй обнаружили, так их всех по разным уголкам Украины разогнали!

— Я эту историю знаю...

— Знаете? В 2013 году произошла!

— Да, мне экс-начальник Генштаба Вооруженных сил Украины Замана рассказывал...

— Вот, это же всем понятно!

— Сергей Владимирович, скажите, пожалуйста, а когда лично вы поняли, что Крым потерян? Момент этот помните?

— Я не понимал еще, что Крым потерян, но осознал, что у нас там очень плохая ситуация, когда увидел количество людей, граждан Украины, жителей Симферополя, вышедших на защиту российского спецназа. Давайте признаем: сейчас спецназ у нас намного лучше, его значительно больше, и он боевой опыт имеет. У нас на Донбассе, с той стороны, около семи тысяч российских военных и где-то 33 тысячи этих... «ДНР-ЛНРов»...

— Ого! — 40 тысяч?

— Да, сопоставимо с тем количеством, что в Крыму было, так вот, обратитесь сейчас к президенту, чтобы он дал команду спецназу: мордой об асфальт — и всех за два дня арестовать. Это же так просто — правильно?..

Всего около 40 тысяч человек — с танками, артиллерией: ну, попросите. Просто кнопку нажмем, а они, как только услышат по телевизору, что такую команду мы дали, — знаете, что сделают? Сразу же сдадутся, и Путин скажет: «Все-все, я даже и мысли такой не имел!».

Люди добрые, вы одну очень важную вещь должны понимать: анализируя события в Крыму, следует помнить, что происходило в нашей стране вообще. Если бы у нас все было прекрасно, если были бы на тот момент СБУ, МВД, если бы мы 10 тысячами «Беркута» располагали, а его мне больше всего тогда не хватало... Знаете, что самое подлое сделали Янукович и его люди? «Беркут» у нас с точки зрения умения защищать был очень хорош, а они этот «Беркут» в инструмент борьбы с народом пре­вратили. Мы только теперь Вооруженные силы, слава богу, возродили, в том числе «Альфу», спецназ, но до сих пор подразделения, подобного «Беркуту», у нас нет, сейчас только КОРД потихоньку набираем. Никогда не думал, что буду цитировать рос­сийского журналиста-провокатора Нев­зорова, но все-таки...

— Невзоров Украину, кстати, защищает...

— Я Невзорова после аннексии Крыма про­цитирую — он сказал, что мы у нашего раненого брата, пока он без памяти лежал, сапоги сперли, но, кажется, он уже выздоравливает и скоро за сапогами придет. Так что, друзья, подождите: мы за своими сапогами придем!

— Почему в историческом заседании СНБО по Крыму участвовала Тимошенко?

— Никакой интриги тут нет. У нас, согласно законам, — и тогдашним, и теперешним — если СНБО вводит указом военное положение, оно должно быть в течение 48 часов в парламенте проголосовано. Соответственно, туда были все лидеры существующих фракций приглашены — там и Кличко был, и Тягныбок, кажется, и Тимошенко. Она на свободу вышла, была лидером нашей партии и фракции, самой крупной в парламенте. Без решения Верховной Рады это был бы просто пиар.

«23 года все министры обороны армию обдирали как липку. Все без исключения — особенно Ехануров и Гриценко»

— Я знаю, что Турчинову лично Нарышкин звонил и угрожал, — это правда?

— Конечно, я при этом присутствовал. Это, кстати, во время того заседания произошло...

— Он же председателем Госдумы тог­да был...

— Как исполняющего обязанности президента россияне Турчинова не признавали — только как председателя Верховной Рады, поэтому контакты были на уровне глав парламентов, и когда происходило это заседание СНБО (о чем им тут же доложили), позвонил Нарышкин и сказал, что если мы начнем войну, они введут свои войска (мы и так знали, что они собираются это сделать), нас арестуют и будут судить как военных преступников. На что Александр Валентинович ответил, что военные преступники однозначно они. Кстати, российские власти очень этого боятся, и вот у меня в руках интересный документ (показывает), официально изъятый из аппарата Совета Безопасности ООН нашей прокуратурой, за подписью некоего В. Ф. Януковича от 01.03.2014 года (письмо, в котором Янукович обращается к Путину с просьбой ввести в Украину войска. — Д. Г.). Только 1 марта, а уже все было понятно, то есть Путин, несмотря ни на что...

— ...подстраховаться решил...

— ...на всякий случай прикрыться, а то вдруг то, что Турчинов сказал, что он — военный преступник, сбудется. Сбу-де-тся! — тех, кто избежал бы исторической ответственности, я не знаю. Однозначно Путин за развязывание этой агрессии отвечает, это его решение, а вот это (снова документ показывает) из-за таких вот януковичей и стороженко (показывает фото) стало возможно — видите, какую на российских харчах морду наел...

— Многие военные и, в частности, Евгений Кириллович Марчук рассказывали мне о событиях 1994 года в Крыму. Президентом Крыма тогда был Мешков, в то время существовала прямая угроза отхода полуострова к России, и в решающий момент группа «Альфа» прибыла ночью на самолетах в Симферополь и взяла под контроль здания МВД и СБУ. И Марчук, и другие военные говорили, что на месте Турчинова, когда появились «зеленые человечки», отдали бы приказ или их задержать, или вообще уничтожить и всему миру показать: «Смотрите, какие-то не­опознанные террористы наши госучреждения» захватить пытались...

— Вы знаете, я очень уважаю Евгения Кирилловича Марчука и не верю, что он мог такое сказать. Быть может, он плохо себя чувствовал? Я с ним поговорю и думаю, что в интервью вам ему придется расставить все точки над «і». Еще раз хочу подчеркнуть: 20 февраля 2014 года, когда началась аннексия Крыма, я, Пашинский Сергей Владимирович, будущий исполняющий обязанности главы Администрации президента, и руководитель Штаба сопротивления Александр Валентинович Турчинов — были на Майдане. Я хочу спросить Евгения Кирилловича Марчука, если он это говорил...

— ...где было взять людей?..

— Когда я на сцене Майдана стоял, под Октябрьский дворец ходил и думал: «Только бы в голову попали, чтобы не мучиться», — а, по мнению Евгения Кирилловича, я, оказывается, должен был давать команду спецназу «зеленых человечков» захватывать?! Не может этого быть! Марчук — глубокий аналитик и государственный человек, и я соглашусь, что если бы мы подняли... Не буду говорить, сколько, — сейчас у нас больше двух десятков механизированных бригад и более шести десантных, но если бы 20 февраля, имея службу внешней и пограничной разведки и Главное разведывательное управление, узнав, что гражданин Путин начал разворачивать войска, мы перекинули бы туда 95-ю бригаду (численностью пять тысяч человек) и 25-ю, вооруженную до зубов с огромным боевым опытом.

Не забывайте еще вот о чем: все эти российские подразделения прошли Чечню и были там не три дня. Конечно, при таких условиях россияне бы в Крыму высаживались, а мы бы их там косили, а кто бы не сдался, в плен взяли бы! Я еще раз показываю (поднимает листок с фото Стороженко) — вот главный воин! Так это ему я должен был дать команду?! Но ему ее и так, по его словам, дали. Может, он Евгения Кирилловича послушал бы? Нужно, кстати, спросить...

— Давайте тогда признаем: «У нас, у Ук­раины как государства, сил, чтобы удержать Крым, не было?».

— У Украины как у государства — кстати, это не только Янукович, Саламатин или...

— ...Лебедев...

— ...да, в этом виноваты. От Советского Союза колоссально мощные Вооруженные силы мы получили — сотни боевых вертолетов, ПВО и все остальное, но 23 года все министры обороны армию обдирали как липку.

— Все?

— Без исключения! Мало того, больше всего разворовано (мне стыдно об этом говорить) и наибольшее количество имущества по цене металлолома было продано при Еханурове и Гриценко, пришедших на волне «оранжевой революции». При Гриценко, чтобы было понятно, ЗРК С-300, который стоит минимум 50 миллионов долларов... Знаете, за сколько Минобороны его тогда продало? За 2,5 миллиона долларов! Тенюха можно критиковать или нет, министром обороны месяц он был. Я просто хочу сказать, что, к сожалению, заявление министра обороны Тенюха от 28 февраля 2014 года о том, что сегодня армии у нас нет, объективно. Сейчас о спецназе начинают рассказывать — какой спецназ?! Какой-то еще горе-вояка говорит, что надо было Ил-76-е поднять — да у нас тогда всего два исправных Ил-76 было!

— Оба и поднять!..

— В житомирской бригаде на тот мо­мент до тысячи человек было, мы бы могли их в эти самолеты и напаковать...

Закрывая тему Крыма, важную вещь вам скажу. Во время тех событий ко мне ребята с Майдана пришли: «Отправьте нас в Крым» — эту историю я забыл, но они мне недавно напомнили. Ребята в строительных касках пришли, с отобранными у «Беркута» щитами, а я им в достаточно грубой форме ответил, что сначала их экипирую, обучу, а потом уже в бой пошлю, а сейчас пускай под ногами не путаются.

Я этот разговор забыл, а потом ко мне один из них подошел, он три года провоевал, теперь офицер, у него три боевые награды, и сказал, что хочет меня поблагодарить за то, что я тогда, слава богу, был умнее и на их провокации не поддался, в Крым не пус­тил. Это тот же Иловайск был бы, только еще более кровавый, и этот разговор крымскую страницу для меня перевернул. Ну и еще: а почему все время о Крыме говорят? Где те эксперты, которые подскажут, что нам с Донбассом делать?!

«Нетрезвое существо очень серьезно угрожало моей супруге сексуальным насилием, а потом начало угрожать и мне. Я получил бутылкой по голове — в результате вынужден был остановить его так, как сумел»

— Давайте я о Славянске вам расскажу, он к Киеву и Харькову намного ближе, чем Крым. Если кто не знает, Славянск — это самая западная точка Донецкой области. Россияне же не просто так его взяли...

— ...стратегическая точка...

— ...до Изюма там 25 километров, а это уже Харьковская область, и все — Центральная Украина пошла. В Славянске я был и все о нем знаю.

— Я слышал, вы и в бой там ходили?

— Куда я ходил, история покажет...

— Так да или нет?

— Россияне заявляют, что я — военный преступник, как и Яценюк...

— ...ну тот вообще в Чечне воевал...

— Вопрос не в этом: не моя функция — в бой ходить, мое дело — этот процесс организовывать, но если надо, и в бой пойду. Вспомните тот батальон (не буду называть, какой именно), который в поддержку спецназу мы дали, — что с ним случилось? Они же все оружие отдали! Был Гиркин без МОН и БМД (противопехотная осколочная мина направленного действия и боевая машина десанта. — Д. Г.), а стал с МОНами и БМД, заходил без тяжелого вооружения, а оказался с тяжелым!

— От этого тотального предательства тяжко вам не было?

— Сейчас мне труднее. Тогда вопрос очень просто стоял: победа или смерть, и об этом не думали — дух был иным, а сейчас накопилась усталость. Давайте будем откровенны: СМИ у нас как имели собственников при Януковиче, которых обслуживали, так и имеют — ничего же не изменилось. Мы сидим в студии телеканала, который, по очень объективным слухам, опосредованно, через Зубрицкого, принадлежит Захарченко, и ничего — у нас же демократия, свобода слова, и чего тут только не услышишь! Тогда был подъем, понимание...

— ...а сейчас усталость?

— Конечно, и не только у меня — наверное, и у вас, да и у всех, кто нас читает. Три года войны, но я хочу сказать о другом. Вы знаете, усталость, наверное, и в 1917-м, и в 1918 году была, но потом мы большевикам сдались, а уже ровно через 14 лет у нас Голодомор случился — именно потому, что сдались. Две мои тетки в 1932 году умерли, а я сейчас, хоть и усталый, хотя и грязи куча, но четко понимаю, что ни мои дети, ни внуки заложниками уже не будут, мы выстоим!

— Согласны ли вы с тем, что если бы Путину дали в Крыму отпор, он на Донбасс не пошел бы?

— Если бы могли дать отпор Путину в Крыму, он бы и в Крым не пошел.

— Крым в Украину вернется?

— Думаю, да.

— А Донбасс?

— Да.

— Что вы о Путине думаете?

— Путин — классический российский император, а в истории у них множество кровавых событий. Думаю, его рейтинг показывает отношение российского народа в том числе и к нам, и мы должны это понимать и не забывать. Путин — это то, что российский народ себе выбрал и будет выбирать столько, сколько тот захочет.

— Воплощение российского народа?

— Российской империи, а россияне счастливы только тогда, когда у них есть империя.

— Это правда: голые, босые, зато империя. В прессе вас часто демонизируют — почему?

— Ну вы же Клюева цитировали...

— ...и Азарова...

— Да, а еще Януковича вспоминали и всякую нечисть поменьше, как Портнов и все остальные. Конечно, у них средства массовой информации, деньги, они эти темы раскручивают. Я был идеологом, к примеру, спецконфискации. В это никто не верил, вы видели, какое противостояние было в парламенте, но мы полтора миллиарда долларов конфисковали! Это же полтора года войны против меня было, полтора года грязь лилась, что только ни рассказывали! Что Пашинский эти деньги уже поделил, а все они в государственном бюджете — справка есть! Вопросы к Гройсману! (Смеется).

— В прессе много писали об инциденте в новогоднюю ночь с 2016-го на 2017 год между вами и гражданином Химикусом — что же на самом деле случилось?

— Не хочу его обижать, но нетрезвое существо очень серьезно угрожало моей суп­руге сексуальным насилием, а потом начало угрожать и мне. Невзирая на мои попытки его унять, я получил бутылкой по голове — в результате вынужден был остановить его так, как сумел. Сейчас уголовное дело ведется, все следственные действия я уже прошел. Он их избегает, но я уверен, что дело в суде окажется и будет настолько детализировано, что никаких вопросов не возникнет.

— Писали также, что вы будто бы хотите Житомирскую кондитерскую фабрику рейдерски захватить, — так хотите или нет?

— В студии канала «112 Украина» ее владелец, (Лещинский, по-моему) сидел — поднимите архив, как он рассказывал, что в 2010 году Портнов с Игорем Бойко у него эту фабрику захватили, и благодарил ме­ня как главу обладминистрации, что в 2014-м я антирейдерскую комиссию создал. Там 20 предприятий было, это на сайте президента до сих пор есть, и распоряжения за моей подписью, и эта комиссия помогла господину Лещинскому вернуть предприятие.

— Кто оказался лучшим премьером — Яценюк или Гройсман?

— Знаете, Яценюк был очень хорошим премьером. Я был членом комитета по воп­росам ТЭК до 2014 года, и если бы в 2013-м мне рассказали, что в 2015-м мы не будем российский газ покупать, — а я немного в этом разбираюсь — я бы не поверил.

— То есть Яценюк — лучший?

— Нет, минуточку...

— ...Гройсман тоже неплохой?

— Критические замечания и к одному, и к другому имеются, но мы должны понимать, в каких условиях они работают. Яценюк принял казну, простите, с тысячей дол­ларов на счету. Я не шучу, с 14 тысячами гривен! У Гройсмана ситуация лучше, — будем надеяться, что он справится.

— В свое время вы и Турчинов были приближенными к Юлии Тимошенко, потом отношения с ней разорвали. Под­держиваете ли вы их сейчас?

— Нет.

— По-человечески это для вас досадно?

— Знаете, у меня с нею огромный этап моей жизни связан — и не только моей, но и жизни целой страны, но в 2014 году, когда она из тюрьмы вышла, у нас были разные подходы к тому, что является приоритетным на сегодняшний момент.

— Внеочередные президентские и парламентские выборы осенью в Ук­ра­ине возможны?

— Это сценарий ФСБ, который через разнообразных провокаторов раскачивают. Мы сделаем, мы уже сделали все, чтобы этого не было.

— Последний вопрос: Украина выстоит?

— Украина уже выстояла, но теперь, что­бы процветать, нам очень серьезный путь предстоит. Мы безвизовый режим получили, экономику стабилизировали, у нас золотовалютные запасы растут. Нужно научиться теперь объективные процессы ана­лизировать, а не слушать в эфирах телеканалов врунов, демагогов и популис­тов.

Записала Виктория ДОБРОВОЛЬСКАЯ